Евроатлантическая интеграция

Членство в НАТО или статус основного союзника США – Украина в поисках гарантий безопасности

Продолжающейся уже восьмой год российская агрессия против Украины убедительно демонстрирует необходимость иметь действенные гарантии безопасности. Идея внеблокового статуса была дискредитирована в 2014 году, когда законодательная закрепленность этого статуса в украинском законодательстве не уберегла её от российского вторжения, оккупации Крыма и отдельных районов Донецкой и Луганской областей. Учитывая асимметрию военных потенциалов Украины и России, украинские политики и эксперты логично рассматривают опции, позволяющие рассчитывать на помощь сильных союзников – членство в НАТО или статус основного союзника США.
О намерении стать членом Североатлантического Альянса Киев впервые заявил еще в 2002 году, тогда же был подписан План действий Украина-НАТО, а в 2005 г. между Украиной и НАТО начался «Интенсивный диалог» о стремлении к членству. В 2008 г. на Бухарестском саммите НАТО Украина и Грузия получила заверения, что в будущем они станут членами Альянса, а с 2009 г. начали выполняться Годовые национальные программы Украина-НАТО, определявшие направления реформ в области демократизации, построения правового государства, рыночной экономики, и, конечно же, реформирования сектора обороны и безопасности.
Сотрудничество с НАТО резко интенсифицировалось после начала российской агрессии против Украины в 2014 году. На Уэльском саммите в том же году государства-члены НАТО решили учредить пять новых трастовых (целевых) фондов для помощи Украине в критически важных сферах: управление, контроль, связь и компьютеризация (С4); логистика и стандартизация; кибербезопасность; переподготовка и социальная адаптация военнослужащих; медицинская реабилитация раненых военнослужащих. Во время Варшавского саммита в 2016 году Североатлантический Альянс принял решение продолжать оказание стратегических консультаций и практической поддержки в области реформирования сектора обороны и безопасности Украины, включая меры, определенные в Комплексной программе помощи, которая была принята Комиссией Украина-НАТО.
В июне 2020 года Североатлантический Альянс предоставил Украине статус Партнера с расширенными возможностями, который ранее получили такие стратегически важные для НАТО страны как Австралия, Финляндия, Швеция, Грузия и Иордания. В новом статусе Украина имеет возможность принимать участие в планировании операций и во всех учениях НАТО, в ускоренном режиме обмениваться разведданными со странами-членами Альянса, занимать должности в штаб-квартире и командных структурах НАТО, получать доступ к передовому опыту Альянса и приоритет в сертификации сил и средств.
На фоне военной агрессии России и помощи Украине со стороны НАТО, не удивительно, что в декабре 2014 года Верховная Рада Украины приняла законопроект, отменявщий политику внеблоковости и вместо этого закреплявший углубление сотрудничества с Североатлантическим Альянсом с целью достижения критериев, необходимых для членства. В ноябре 2017 года в законе Об основах внутренней и внешней политики украинский парламент определил целью курс на членство в НАТО, что спустя два года было также закреплено в Конституции Украины. В марте 2018 года Североатлантический Альянс признал Украину страной-кандидатом в члены. В июле 2021 года президент Украины Владимир Зеленский подписал указ, которым ввел в действие решение Совета национальной безопасности и обороны «О неотложных мерах по углублению интеграции Украины в Организации Североатлантического договора».
Немаловажную роль в пользу движения к членству в НАТО играет уверенность многих украинских политиков и экспертов, что вступление в Альянс ускорит также процесс интеграции Украины и в Европейский Союз. Такая убеждённость основана как на совпадении значительной части критериев членства в НАТО и ЕС, так и на опыте других стран бывшего социалистического лагеря, таких как Польша, Чехия, Венгрия, Румыния, Болгария, Хорватия, вступивших в ЕС спустя несколько лет после присоединения к НАТО. К тому же, вступление в Альянс в последние годы поддерживается большинством населения Украины. Социологический опрос, проведенный в сентябре 2021 года центром SOCIS, показал, что в случае проведения референдума, вступление в НАТО поддержали бы 57,4% опрошенных украинцев, тогда как против были бы 29,3%.
Что касается статуса основного союзника США вне НАТО (Major non-NATO ally), то о намерении обратиться в Конгресс США о предоставлении Украине такого статуса Петр Порошенко заявил в июле 2014 года, вскоре после своего избрания на должность президента Украины. К гонцу того же года идея предоставления Украине статуса союзника вне НАТО нашла поддержку в Сенате США, что было упомянуто в законопроекте «Акт поддержки свободы в Украине 2014». Однако идея не нашла поддержки президента США Барака Обама и была спущена на тормозах. К ней вернулись в мае-июне 2019 года, когда аналогичные положения появились в законопроекте Палаты представителей Конгресса США. Однако и в этом случае до практических решений дело не дошло.
О статусе основного союзника США вне НАТО политики и эксперты вновь заговорили в 2021 году, в том числе в связи с визитом президента Владимира Зеленского в Вашингтон в первых числах сентября, где он провел встречу с президентом США Джо Байденом. В официальных сообщениях не упоминалось об обсуждении этого вопроса двумя президентами, зато точно известно, что Зеленскому не удалось добиться от американского коллеги четкого ответа относительно возможных сроков получения Украиной плана действий по членству в НАТО – программы, которая с 1999 года стала неотъемлемой составляющей движения стран-кандидатов к членству в Альянсе.
Спустя всего неделю после визита Владимира Зеленского в Вашингтон, близкие к экс-президенту Петру Порошенку народные депутаты предложили принять постановление Верховного Совета об обращении к Конгрессу США о предоставлении Украине статуса основного союзника США вне НАТО. Примечательно, что против такого постановления публично высказались и вице-премьер Украины по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Ольга Стефанишина, и посол Украины в США Оксана Маркарова, аргументировав это тем, что Украина стремится стать членом НАТО, а не союзником вне Альянса.
В любом случае, предложение проголосовать за обращение о статусе союзника, предварительно не согласовав этот вопрос с тем самым союзником (то есть со США), было бесперспективным с точки зрения его практических последствий. Не удивительно, что инициативу, ориентированную в первую очередь на украинского избирателя, поддержали всего 24 народных депутата при 226 необходимых. Причем, это не означает, что идея получения статуса основного союзника США настолько малопопулярна в украинском парламенте, однако внутреннеполитическая подоплека именно этого голосования была слишком очевидной.
Говоря о статусе основного союзника США вне НАТО, следует отметить, что те 18 субъектов международных отношений, которые им сегодня обладают (Афганистан, Аргентина, Австралия, Бахрейн, Бразилия, Египет, Израиль, Япония, Иордания, Корея, Кувейт, Марокко, Новая Зеландия, Пакистан, Филиппины, Таиланд, Тунис, а также Тайвань), получили этот статус вследствие разных причин и имеют разный уровень отношений с Соединенными Штатами – от размещения американских военных баз на территории Японии и Кореи до совершенно другого уровня сотрудничества в сфере безопасности с такими государствами, как Аргентина, Бразилия, Тунис.
При этом все страны, имеющие статус основного союзника США вне НАТО, получают привилегированный доступ к определенным областям сотрудничества в сфере обороны и безопасности, включая следующие возможности: приоритет на получение оборонной продукции, переданной в соответствии с Законом о внешней помощи; право на рассмотрение покупки боеприпасов с обедненным ураном; размещать на своей территории принадлежащие США военные резервные запасы за пределами военных объектов Соединенных Штатов; участвовать в торгах по контрактам на техническое обслуживание, ремонт или капитальный ремонт оборудования Министерства обороны США за пределами Соединенных Штатов; получать необходимые для совместных исследований в оборонной сфере материалы и оборудование; проводить совместные научно-исследовательские проекты в области оборонного оборудования и боеприпасов; заключать соглашения с Соединенными Штатами о совместной организации обучения на двусторонней или многосторонней основе; финансировать закупку устройств обнаружения взрывчатых веществ и другие контртеррористические научно-исследовательские и опытно-конструкторские проекты под эгидой Рабочей группы технической поддержки Государственного департамента США.
Говоря о практике, статус основного союзника, например, значительно упрощает процедуры приобретения современной американской военной техники и вооружений – вспомним в этой связи, как долго Украина добивалась поставок из США высокоэффективных переносных противотанковых ракетных комплексов «Джавелин». Имей Украина статус основного союзника США, этот вопрос мог бы быть решен практически автоматически, без долгих политических и бюрократических проволочек.
Нынешняя внушительная помощь, получаемая Украиной от США по линии Министерства обороны, все же в разы меньше, чем помощь, которую Соединенные Штаты предоставляют некоторым странам, имеющим статус основных союзников. Например, если в 2019 году Украина получила от США помощи на $0,3 млрд, то Египет – на $1,3 млрд, Израиль – $3,3 млрд, Афганистан – $3,4 млрд. Другое дело, что эффективность использования этой помощи может быть совершенно разная, как видим на примерах Израили и Афганистана. Так что возможности статус даёт большие, но эффективность их использования – это уже больше вопросы к местным властям и обществам.
Еще одним аргументом в пользу статуса основного союзника США может быть гораздо более быстрая и простая процедура его получения. Если для вступления в НАТО требуется выполнение целого ряда критериев, но даже это не гарантирует членства без политической воли всех нынешних 30 членов Альянса, то в случае статуса основного союзника достаточно только политического решения Вашингтона, с которым у Киева гораздо больше взаимопонимания в вопросах безопасности, чем с некоторыми европейскими столицами.
Тогда как часть политиков и экспертов опасаются, что статус основного союзника США вне НАТО снимет с повестки дня вопрос вступления Украины в Североатлантический Альянс, их оппоненты отмечают, что статус союзника можно рассматривать как временную опцию, параллельно продолжая двигаться к членству в НАТО, которое такой статус не запрещает. На резонный аргумент, что статус основного союзника США не дает гарантий безопасности, подобных 5 статье НАТО, звучат не менее резонные ответы, что даже сам статус союзника США все же снижает риски внешней агрессии и, как минимум, может способствовать получению более активной помощи со стороны США – как вооружением, так и поддержкой на международной арене. К тому же, сотрудничество США в сфере безопасности с такими основными союзниками вне НАТО, как Япония, Южная Корея, Израиль вряд ли можно считать менее надежными гарантиями, чем 5 статья договора НАТО.
В любом случае, хотя пока что обе рассмотренные опции остаются вне пределов краткосрочной перспективы, Украина продолжает развивать сотрудничество в сфере обороны и безопасности и в рамках партнерства с НАТО, и в двусторонних отношениях со США. Оба трека являются важными для укрепления обороноспособности страны, и оба не исключают возможности и даже необходимости вовлекаться также в оборонные интеграционные проекты Евросоюза, а также развивать взаимовыгодные региональные и субрегиональные инициативы, в частности, при участии балтийских и черноморских стран.
НАТО
Made on
Tilda